Пропустить навигацию
Личный опыт
ТЕМА
Анжелика Киев, Украина

Что такое счастье, и кто за него должен ответить

Естественное рождение - лого

 

Опубликовано 23.01.2008

Шрифт:
Версия для печати

Анжелика (г.Киев, Украина)

Что такое счастье, и кто за него должен ответить

Другие статьи по теме:

Когда-то написала про свои роды в роддоме. Длинный рассказ получился. Но я не знала, куда послать. Он часто мне попадался на глаза и расстраивал меня. Потом я его порвала и выбросила. Хотелось это событие вообще выбросить из моей жизни. Прошло уже немало времени, но я снова и снова возвращаюсь к тем неприятным событиям, которые на всю мою жизнь оставили неизгладимый след.

Я была молода и красива. Вышла замуж, забеременела. Все шло, как бы по графику. Каждые две недели ходила к врачу, как положено. Морочили мне голову. Ездить было далеко, да еще и общественным транспортом в толкотне. Животик был маленьким, места никто не уступал. Но... – надо, так надо.

Я девушка от природы здоровая и чувствовала себя прекрасно. Работала в то время в театре. Ходила на все репетиции. Все шло хорошо. За неделю до родов у меня начались предвестники. Тогда я еще абсолютно ничего об этом не знала. И с перепугу и от незнания пошла в больницу. Там определили, что мне сегодня по крайней мере ничего не грозит. Но домой уже не отпустили. Я осталась в этом тараканнике. И ждала своего часа.

И час пришел. Роддом, суббота, прекрасное июльское утро, время 5.30. У меня отошли воды. Я была готова к тому, чтоб стать мамой. Я очень ждала этого ребеночка! Я прекрасно знала, что рожать больно. Но все же рожают. И о боли потом и не вспоминают. Я всегда хотела иметь много детей. Надо было только потерпеть немного.

Я нашла какую-то спящую мадам в белом халате, которой совсем не хотелось морочить себе голову какими-то сложностями. Суббота-воскресенье, июль-месяц, все на дачах. Персонала нету.

Меня забрали в предродилку, где я просидела одна довольно долгое время. Видно, мадам еще свой сон не досмотрела. Меня ничего не пугало и не удивляло, кроме того, что у меня ничего почему-то не болит.

Потом ко мне пришли, проверили и сказали, что шейка не открыта совсем. Но воды отошли и надо стимулировать. Поставили мне окситоциновую капельницу. И тут все началось. С капельницей я лежала до самого вечера. Иногда подходила мадам и снова констатировала, что шейка не раскрывается, и в момент схваток она пыталась меня порвать. Ничего не получалось. Ребенок без вод. Никто не проверял его сердцебиение и его самочувствие. Так я проорала весь день. Тогда я еще могла думать и соображать. Какие мысли только не приходили мне в голову… К ночи меня отключили от капельницы. Отвели в пустую палату. И сделали укол. Мадам сказала, что я буду спать, матка будет себе открываться спокойно. Я ей поверила. Как сейчас понимаю, мне просто сделали укол снотворного. Им же ночью спать хотелось…

С утра началось все по новой. Мне опять поставили капельницу, давали таблетки. Я уже была «никакая» и думать не могла. Единственная посещавшая меня мысль была: «ГОСПОДИ, СКОРЕЕ БЫ ВСЕ ЗАКОНЧИЛОСЬ». Снова меня пытались порвать. Никаких результатов. Опять я безрезультатно проорала весь день. Боль была невыносимой. Не мне вам рассказывать. Девчонка, с которой мы подружились, ходила к завотделением спросить, почему мне не сделают кесарево? Знаете, что ей ответили? «Мы уже опоздали. Воды уже слишком давно отошли».

Другие девочки покричат и уходят, им на смену приходили другие. Только я орала без перестану. Так закончилось воскресенье. На ночь снова дали снотворное. На утро в понедельник мой ребеночек был без вод уже двое суток. И снова то же самое. Капельница, какие-то таблетки, практиканты-студенты… Я уже ничего не соображала от боли. Схватки продолжались по 25 секунд через каждые 10. Можно было рехнуться. Пока врачебные планерки прошли, что у них там еще? Часам к четырем за мной пришли. Сказали, рожать пойдем. Меня совсем никакую, не соображающую потащили в родзал. Матка так и не раскрылась. Меня резали во время схватки ножницами, но этой боли я не чувствовала. Сразу начались потуги и за второй потугой я родила девочку. Малышка крякнула, вякнула. Мне дали наркоз…

Очнулась я уже в палате.

Все болело. Но это было не главное. Единственная мысль, где ребенок и что с ним. Скорее хотелось увидеть и порадоваться. Но ребенка не приносили. Встать я не могла. Попросила ходящих девчонок пойти узнать что-нибудь. Пришла какая-то другая мадам и сказала, что ребенок в тяжелом состоянии. Больше не объяснили ничего. Закончился понедельник. Во вторник все заново. На каждое кормление я жду, что мне принесут мою малышку. Боже, как же мне хотелось поскорее ее обнять и прижать к себе!!!

Наутро я поползла узнать что-нибудь. Ничего вразумительного. Меня потащили на новые экзекуции. Поиздевались, порезали… Теперь же от этого же и лечить станем. Все это было очень больно. После этих процедур (мне вливали йод в матку), куча каких-то уколов, я доползала до кровати и пыталась прийти в себя. А этого не получалось. Еще и молоко прибывало со страшной силой. Грудь расперло. Сил не было. Сцеживать я не могла сама. Про ребенка – ни слова. Я спрашивала у тех, кто приносил детей. Никто ничего не знал, никто ничего мне не говорил.

На третий день я поползла к телефону. Позвонила мужу, а он плачет в трубку. Ну, я все и поняла. Нету у меня больше ребенка. Никто не удосужился мне что-то объяснить, или хотя бы поставить перед фактом. Ни одна … не подошла ко мне. Ребенка мне даже не показали. Невозможно описать, что со мной творилось, как я плакала и убивалась. На очередное кормление мне принесли ребенка (!!!). Чужого. Приносили мне разных деток. Это тоже было издевательством – моральным. Я отворачивалась к стенке и тихо плакала. Я не хотела травмировать других мамочек в палате. Но и сдерживаться тоже не могла.

Пришла мадам, посмотрела на мою грудь, ни разу не сцеженную, и распорядилась перетянуть. Пришла тетка, придавила мне грудь, полную молока, к животу... и перетянула. Мне было все равно. Умереть, не умереть – все безразлично. Когда меня выписывали, какая-то санитарка сказала: «Ты скажи своим, шоб цветы не тащили. Лучше денег пусть дадут».

Я в рассказе опускаю моменты мерзких прокладок, грязи, тараканов, скотства, хамства и т.д. Это все я бы пережила.

Выписывая, мне сообщили еще одну «хорошую» новость. Сказали, что детей у меня больше не будет. Уж очень они старались.

Это я рассказываю вкратце. Рассказ еще не закончен.

Кроме всех моих швов, порезов и т.д. еще добавились мастопатия и фиброаденома. Две операции. Но исход меня тоже не очень волновал. Кормить-то некого.

Через год я забеременела. В 5-6 недель случился выкидыш. И я закрыла тему детей для себя. С мужем разошлась. Сестры родили девочек. Детки растут. Но меня это все как бы не касалось. В семье никто никогда не связывал два понятия – я и дети. Но я все равно долго еще плакала.

Ушла полностью в свою интересную работу, много ездила по Европе. Концерты, общение… Хорошая работа. Семьи нет, детей нет. Остается только работа.

И вот однажды… спустя 14 лет я вдруг забеременела. От дуновения ветерка. Такого поворота событий я не ожидала. Планировалось несколько поездок. Странно, но в 5-6 недель никакого срыва не произошло. Я себя прекрасно чувствовала и тихо в тайне радовалась, но с какой-то опаской. А вдруг снова выкидыш? Было страшно. Как рожать с моими шрамами, порезами? Грудь вообще не пригодна для использования в нужных целях. Что делать? Решение принято было однозначное – БОГ РЕШИЛ СДЕЛАТЬ МНЕ ПОДАРОК. Пусть будет, как будет.

Я с детства интересовалась нетрадиционной медициной – травками разными, всех в семье лечила, перевязки всякие делала, занозы вынимала, если надо, чай из трав. Так постепенно собирала информацию. И еще до беременности познакомилась с очень интересной молодой парой, которые родили ребеночка дома. Они мне все рассказывали, как это было замечательно. И именно они стали первыми, кто узнал о моей беременности. Они стали меня беременную опекать и рассказали практически все, что знали на тот момент. И нужная мне информация сама собой плыла ко мне в руки и оседала в мозгу. И как раз девушка тоже забеременела вторым ребеночком. Мы вместе ездили в сауну. Никто не мог понять, что это за семейство такое. А надо сказать, что люди, с которыми мы общались на тот момент – это все, кто родили естественным способом. Это люди все духовные и очень деликатные. Лишних вопросов никто не задавал. Типа – а где твой муж?

Нас таких в сауне и в бассейне собиралась по воскресеньям целая большая компания. Кажется, до сих пор эта традиция продолжается. Только с новыми мамочками-папочками-детками. В общем, эта семья поддерживала меня морально и ждала моего ребенка вместе со мной.

Это, как я понимаю, моя дочка все организовала. И она знала, как она хочет ко мне прийти, в какой день, и каким образом. Если кому не понятно, что я имею ввиду, я объясню позже.

Я в роддом и к рвачам не собиралась. Моя семья (родители и две сестры) очень беспокоились. Зная мою авантюристическо-экстремальную натуру, они предполагали, что я вытворю что-то неординарное. Роддом я не ищу, к рвачам не хожу, УЗИ не делаю, анализ крови на сифилис тоже не тороплюсь сдавать… Зато сделала ремонт в квартире. Ребенок должен рождаться в комфортной чистоте и в моём микроклимате. Как-то обмолвилась, что собираюсь родить дома. Мне сказали, что я идиотка и больная на голову. С такими показаниями, как у меня, надо жить в роддоме с момента зачатия. Я поняла, что здесь поддержки и понимания я не найду. Ну, я и замолкла. Мама пару раз пыталась меня к рвачу отвести. Но у нее ничего не вышло. Она просила меня хотя бы на учет стать. Я стала… за 2 дня до родов. Пришла в пол-ку с огромным животом и сказала, что хочу стать на учет. В ответ я услышала кучу гадостей, типа того, что рожу урода, не разрожусь, что я больная и кучу всяких недопустимых оскорблений. Врач поставила мне диагноз «беременность». Сорок недель. Я поняла, что делать мне там больше нечего. Беременность я и сама себе определила. Как раз 40 недель назад.

Врачиха, как ей, наверное, положено, сказала, что-то про рождение уродов. Но даже на это я не отреагировала. Я радовалась! Я знала, что никакого урода не рожу. Я была неимоверно уверена в том, что все сложится наилучшим образом.

Для родов у меня все было готово: соль, свечки, чистота и порядок. С собаки тоже пыль стряхнула и кошке лапы помыла и морду. Просто так.

27 января 1999 года утром я поняла, что пришло время посмотреть на Божественный подарок. Начались схватки. Прислушалась – оно!! Пришла мама. (Ой, как не к стати…) Мы с ней поговорили немного. Я сказала, что у меня даже пеленок нету. Она сказала, что когда я рожу – у меня сразу все будет. Она спросила, когда я в роддом пойду? Я сказала, что, наверное, недели через две уже и пойду. В общем, она ушла. И я осталась один на один с ожиданием жизненных перемен. Но как же так? Роды начались, а я ничего не делаю?! Холерик я. Не могу сидеть на одном месте.

Пошла, еще раз вымыла ванну, разрезала чистую простынь, позвонила беременной подружке (она тоже дома родила потом). Говорю, с чего начинать? До этого утра в голове было все ясно и понятно. Но в какой-то момент я растерялась. И при этом ни разу не пришла мне мысль позвонить в «скорую» и изменить мои планы. И поехать в роддом. Подружка сказала, делай клизмы. Это мероприятие очень хорошо стимулирует родовую деятельность. Часа через два она позвонила и сказала, что я дура: хватит делать клизмы. Уже достаточно настимулировалась! Схватки усиливались.

Позвонили мои «опекуны» – Витя с беременной Сашей. Узнав, что я сейчас «делаю», пообещали сейчас приедут. Потом позвонила сестра. Бросила все и прибежала с камерой. Еще одна подружка прибежала. В общем, полон дом гостей. Я сказала, что они все ненормальные. И что роды – не то мероприятие, чтобы собираться. Это когда я еще могла говорить. Но никто не ушел.

Я себе рожала, стояла на коленях, опершись на кровать. Мне никто не мешал, и я, наверное, тоже. Витя (муж беременной Саши) массировал мне точки на пояснице. Особо никто не общался. Пришло время, когда я начала постанывать. В какой-то момент мне захотелось в ванной полежать, расслабиться. Было очень приятно. Но когда я ощутила, что схватки начинают ослабевать, снова пошла в комнату. Я поняла, что полностью процесс под моим контролем, что все проходит нормально. А главное – естественно. Я знала, что у меня матка раскрывается, как нужно, что малышка чувствует себя нормально.

Когда я закрывала глаза, полностью была единым целым с дочкой. Я с ней разговаривала и общалась. Я помогала ей, направляла ее, поддерживала и мыслями, и словами. Пришло время идти в ванную. Ребята зажгли свечи. Витя положил мне руку под голову. Боль становилась все сильнее. Меня не интересовали ни соседи, ни кто что скажет потом. Меня интересовали только мы с ребенком. Я уже не могла сдерживаться и начала кричать от боли. Уже в ванной. Наверное, крик – это тоже естественно. Это выход, ну, не знаю… может, какой-то энергии. Тем более, что сдержать крик было невозможно. А я и не пыталась. Голос у меня громкий (консерваторию все-таки как-никак закончила).

Покричала я минут 40 и за второй потугой получила свой ПОДАРОК!!! У меня вырвался крик, смешанный с выдохом восторга и радости. Вот она – моя малая!!!

Боль закончилась, малая поплавала чуть-чуть, и я ее взяла к себе на грудь. Дочка приоткрыла глазки. В ванной был мягкий свет от свечей. Глазки ничто не раздражало. (Это вам не роддомовское гестапо). В воде она раскрывала пальчики, шевелила ручками, ножками. Ну, почти, как у мамы в животике. Она мирно отдыхала. Вот откуда у нас слово «умиротворение».

Моё любование прервал звонок в дверь. Я как будто вернулась из своих грез в реальность. Кто-то из добрых и бдительных соседей вызвал милицию. Шесть мужиков в бронежилетах и с автоматами очень обрадовались, узнав, по какому поводу их вызвали. Стали предлагать имя. Вот, кто первым в дом придет – тем именем ребенка и назвать надо. Сестра сказала им, что этот вариант нас крайне не устраивает, потому как у нас родилась девочка и мужское имя ей ни к чему. Они нас поздравили и ушли. У меня была истерика восторга и состояние, близкое к ребефингу. Я задыхалась от счастья. Я отдалась своим изливающимся безмерным потоком чувствам.

Потом я снова взяла все под свой контроль. Витя принес из холодильника подготовленную заранее кастрюлю с ледяной водой, облил малую. Я выпустила воду из ванной, родила плаценту. Витя взял мою дочку, беременная Саша положила плаценту в миску, и мой ребеночек переехал на кровать. Никакой кровищи, никаких ужасов. Я вытерлась и тоже пошла на кровать. Особо ничего не болело. Я нормально ходила, а не ползала по стеночкам. Витя сходил за шампанским. К тому моменту я уже оделась в «человеческую» одежду. Малая лежала жабкой на животике, головка упиралась мягко в пуховый платок в наволочке. Почти как дома, в матке. Моя королева отдыхала. Десять часов рождения Чуда пролетели незаметно.

Я решилась позвонить маме. Говорю, мама, а я дочку родила. Ты не волнуйся – все в порядке. Мама примчалась через 10 минут в тапочках по тридцатиградусному морозу с пеленками, примчалась и вторая сестра. У них, конечно, был шок. Но постепенно они осознали, что выгляжу я хорошо, чувствую себя отлично, ребеночек с ручками, с ножками, все в порядке. Постепенно привыкают к мысли, что все уже позади. И роддом уже не нужен.

В конце концов я осталась с малышкой одна. Мне этого очень хотелось. Я ее рассматривала всю ночь, гладила, разговаривала с ней, любовалась... Она спокойненько спала.

ВОТ ЭТО И ЕСТЬ НАСТОЯЩЕЕ СЧАСТЬЕ.

Больше ни о чем я думать не хотела.

На следующий день приехали наши «опекуны», подружек набежало, опять сестра приехала. Мы торжественно перерезали пуповинку, завернули ее винтом против часовой стрелки, упаковали плаценту в морозилку (ну а как же!! Все, как положено!). Настроение замечательное. Витя держал малую на руках и в один момент сделал ей упражнение из динамической гимнастики. Я не думала, что уже можно и так сразу. Она ведь такая махонькая и крохотная! В первую секунду я думала, что рухну с перепугу и от ужаса. Но это у него получалось так легко и естественно, что я доверила ему свою малую. Дочка никаких проявлений недовольства не высказывала. Ей нравилось летать. А также ей нравилось плавать, нырять, обливаться... И все прочее, что ей предлагала я – мама.

Вот с кормежкой у нас так и не получилась. Спасибо нашим рвачам. Грудь они мне «поправили» непоправимо. Мне пришлось перетянуться и забыть про естественное назначение груди.

Дня через два у ребенка на голове обнаружилась гематома. Торопилась малая поскорее с мамой (со мной) познакомиться. Быстро выходила. Родственники были в очередном шоке. Связей у нас достаточно. Притащили профессуру из ПАГа, еще деятелей каких-то. Приговор однозначный – резать! Господи, да что же это такое?! Пугали меня последствиями гематомы, какими-то закостеневшими роками. Может, начитались чего-то? Но почему-то не пугали последствиями операции на голове. Не для того я родила замечательного ребеночка, чтобы жизнь ее с экзекуций начинать. Тут же быстренько собрала нужную информацию. И мазала эту гематому элементарной мазью арники. Через 10 дней все прошло. А вот так доверилась бы…

Назвали дочку Ниночкой. Бабушка была Ниной – замечательная женщина. А главное, что 27 января – это день Нины Равноапостольной. Вот так я ее и назвала.

Ниночку я все время носила на руках. Мне неприемлемы советы типа «не приучайте детей к рукам». Мы с ней все время были вместе. Она никогда не плакала, росла улыбчивой и доверчивой. Хорошо кушала, очччень хорошо кушала. – каждые полтора часа.

Перед родами у меня, наверное, как и у каждой будущей мамы появлялись мысли, ну, вот рожу я ребеночка. А что с ним дальше делать? Ведь опыта такого не было…

Но как только я стала мамой, никаких проблем с дочкой у меня не возникло. Все было ясно и понятно.

Через неделю я позвонила в пол-ку. Раньше нельзя было – могли в больницу забрать. Никак тетенька в телефоне не могла понять, почему я ей не говорю вес и рост ребенка. Ее сознание отказывалось воспринимать возможность родить дома, а не в роддоме. Нууу… хотя бы для того, чтобы узнать параметры новорожденного «плода». Кто придумал этот термин? «Плод» … – бррр. Она прокричала кому-то там в регистратуре: «Маня, тут еще одна ненормальная дома родила!» О!! Значит я не одна такая на нашем участке!

Пришла медсестра. Испуг ее ждал уже на пороге. Она спросила, ну где наш ребеночек? А я как раз динамикой с ней занималась и так, держа за ножки вниз головой, и вышла открывать дверь. Говорю, а вот наш ребеночек…. Медсестра, бедняжка, аж вскрикнула. Мы договорились, что она ходить ко мне не будет, а просто будет ставить галочки, что приходила. А если мне что-то понадобится, то я ей позвоню. Спросила она также меня и про прививки… Ответ вы знаете. НННЕЕЕЕЕТТТ!!!! Потом мы с ней подружились. Она много вопросов мне задавала про естественные роды и помогла решить мне проблему с прививками. Какая-то прогрессивная медсестра попалась!

Нина, 9 лет. Водолей. Рождена в воду.
Здоровый ребенок (редкость в наше время).

В четыре месяца Нина научилась сама кушать. Это было удобно ночью. Я ей клала бутылочку, она знала где, кушала и дальше засыпала. Так она научилась меня не будить по ночам. Да это, конечно, мелочи. Все, что она делала, как изучала окружающий мир – да и вообще все, что связано с ней, было замечательно и есть замечательно!

Скоро Нине 9 лет. Никогда не забуду все, что со мной произошло, как я ее родила. Она не только красавица, а еще и умница. И аура у нее голубая. Нина никогда не болела и всегда только радовала и радует маму – меня. Я ее люблю безумно. И она меня тоже.

Ах!! Если бы я могла знать раньше!!!

Рождение ребенка – это очень ответственный шаг в жизни. И нельзя доверяться никаким посторонним лицам в решении такого важного вопроса. Врачам плевать и на женщину, и на ребенка. Это ведь ваш ребенок, а не их. На одного больше, на одного меньше – какая разница? Бог им судья. И только Бог!

Любви вам всем! Здоровья и радости!

Пусть вам ваши детки приносят радость!

Яндекс.Метрика